Автор: Комментариев нет

«- Да не вызывал я скорую!» История о том, как мужик офигевал всё больше и больше!

У каждого своя работа. Кому-то «она» досталась по блату, кому-то — по наследству, а кто-то должен отработать когда-то подписанный контракт поступая на бюджет. Так или иначе — все профессии нужны, все профессии важны! Каждая из профессий хороша по своему и таит в себе массу сюрпризов и неожиданностей, которые, порою, другим даже не понять. Сегодня хотим рассказать вам историю о странном звонке в «скорую». Это был случай из медицинской практики фельдшера скорой помощи Дмитрия Белякова, и мы ничего не меняли, а рассказываем так, как это было рассказано в оригинале.

«- Да не вызывал я скорую!» История о том, как мужик офигевал всё больше и больше!

— Алло! Слушай! — голос диспетчера в мобильнике был дружески просящим. — Ты прям у дома почти, куда только что вызов пришёл. Запишешь? А потом сразу обедать. Гиппократом клянусь!

— Давай. От тебя ж не отвяжешься, — фельдшер записал адрес. — А повод есть?

— Передано просто — «плохо». Ни возраста, ни номера подъезда. Что за больные пошли? Вы там уж сами посмотрите. Если что — реанимационные бригады на подстанции.

— 49 набирай, — фельдшер перехватил ящик. Напарник нажал кнопки домофона. Минуту домофон жалобно пиликал, не впуская бригаду в подъезд.

— Ну, значит так скорая нужна, что никто не торопится, — напарник сверил номер квартиры с картой. — Ага. Или уже не нужна…

— Кто там? — относительно бодрый мужской голос наконец донёсся из динамика.

— Скорая, кто ж ещё. Открывайте, раз нужны.

Дверь подъезда наконец открылась. Поднявшись на третий этаж, бригада вошла в открытую квартиру. В прихожей кривобоко стоял трезвый мужчина лет пятидесяти. Его левая голень в нижней части была неестественно смещена вбок. Даже далёкий от медицины человек тут же бы поставил мужику диагноз: перелом. Да ещё добавил бы: со смещением. И оказался бы прав.

На лице мужчины помимо боли отражалось какое-то странное удивление. Он смотрел на фельдшеров, как на инопланетян. Пока один из них бегал за шиной, второй, спросив про аллергию и получив отрицательный ответ, уже набирал в шприц обезболивающее, которое тут же ловко вколол мужику в вену. Работа спорилась, когда в кармане старшего по бригаде зазвонил мобильник.

— Ребят, вы где? — диспетчер явно спрашивал лишнее.

— В… на вызове, где ж нам ещё быть!? Не видишь что ли по ГЛОНАСС?

— Да вижу я, что вы правильно стоите. Но тётка перезванивает, спрашивает, где медики.

— Какая тётка? — теперь уже удивился старший.

— У тебя тётки в квартире есть? — обернулся он к мужику. Тот отрицательно покачал головой.

— А кто ж сейчас звонит в диспетчерскую? А? Скорую кто вызывал?

— Да не вызывал я скорую! — мужик на глазах офигевал всё больше и больше.

— Я домой шёл. У подъезда упал. Дятел какой-то кирпич у порога бросил. Я через него и шарахнулся. Кое-как в квартиру поднялся. Только подумал, что надо скорую вызвать, — звонок в дверь. Я спрашиваю: «Кто?», — а вы мне ответили, что скорая. Я сам обалдел. Ведь только подумал — и на тебе. Уже тут.

— Алло! — фельдшер вернулся к разговору с диспетчером — проверь у неё адрес. Может, улица не та? Или дом не тот?

— Да всё то. Я уже четыре раза переспросил. И улица, и дом, и город, и квартира 49. И машину она вашу под окнами видит.

— Пусть вниз спускается и идёт к нашей машине. Мы сейчас этого, с переломом, вынесем, заодно и с тёткой разберёмся.

У «газели» стояла взволнованная женщина.

— Где вас носит? — она сразу пошла в атаку.

— У меня там сын умирает!

— Да где умирает-то? — фельдшеры аккуратно плюхнули хромого мужика на носилки, стоящие около машины.

— Где? Квартира какая?

— Да что ж вы за бестолковые такие? Я устала адрес уже повторять. Вот дом. Правильно? Квартира 49. Что, я не знаю, где мой сын живёт?

— Позвольте, — подал голос мужик на носилках.

— В квартире 49 живу я.

— Хватит балаганить. Сиди тут, — обратился старший к мужику.

— Можешь покурить пока. Пошли, — он повернулся к тётке.

— Показывай, где твой сын живёт.

Фельдшеры, похватав ящики, быстро прошли за женщиной. Номер квартиры, находящейся совершенно в другом подъезде, действительно с первого взгляда казался сорок девятым. Две железные цифры — четыре и девять — гордо прилепились к деревянной входной двери. Единица же, которой положено было красоваться самой первой, куда-то исчезла за давностью лет — осталась от неё только невзрачная тень.

На полу в комнате лежал бледный мужик со всеми признаками неслабого желудочно-кишечного кровотечения. Вспомнив всё относительно способности людей, а особенно женщин, думать и видеть, фельдшеры дружно взялись за спасение бедолаги, попутно вызвав себе в помощь ещё одну бригаду.

— Ваши фельдшеры через «112» себе ещё бригаду зовут. Там, кажется, двое пострадавших. Пошлите кого-нибудь. Какой адрес? Адрес тот же, зачем уточнять? — диспетчер кол-центра положила трубку и облегчённо вздохнула, сбагрив очередной вызов на службу «103».

Грустный хромой мужик, сидя на носилках, докуривал уже четвёртую сигарету. Разговор с водителем скорой не клеился, фельдшеры, так неожиданно появившиеся, оказавшие помощь и исчезнувшие в соседнем подъезде, до сих пор не вернулись. Нога опять начинала болеть, что тоже не улучшало настроения.

Из темноты переулка вынырнула ещё одна скорая с мигающими синими маяками и остановилась рядом с первой. Из кабины вылез грузный доктор. Вслед за ним из салона выпорхнула девушка-фельдшер, попутно вытаскивая медицинский ящик и кардиограф.

— 49-я квартира в каком подъезде? — врач забрал у девушки ящик и обратился к водителю фельдшерской бригады.

— 49-я в третьем подъезде, — грустный хромой мужик опередил ответ водителя. — Только в ней сейчас никого нет. Все, кто там жил, теперь здесь сидят. На носилках. А ваши пошли вон туда — мужик указал на крайний подъезд. Но там квартиры со 141-й начинаются и по 160-ю.

— Чем закончилось-то? — фельдшер нагнал врача реанимационной бригады в коридоре подстанции.

— Да спасли, спасли. Живым сдали. Вовремя успели. Мы, пока ехали, уже маме всё высказали. И за номер квартиры, и за всё остальное.

— Я сам всегда поражаюсь, — фельдшер пошёл рядом. — Цифру на квартиру приклеить — в лом. Номер квартиры запомнить — тоже. Домофон — сами подбирайте. А с нас требуют, требуют. В частный сектор заедешь — ни одного номера дома на калитках. В городе, кстати, тоже. Номер подъезда — откуда с работы идут, с той стороны и считают… А ведь если бы мы маманю не заставили к машине спуститься, так бы сынок её и помер…

— С вашим-то хромоногим всё в порядке? — врач аккуратно перебил собеседника. — Не устал ждать? А то так и жалобу словите.

— Не, как штык. Мы, после того как вашего в машину отнесли, сразу к своему. Укольчик ещё на дорожку сделали, чтоб не болело. И в травмпункт.

— Ну и чудненько, — врач протянул фельдшеру сигарету.

— Значит, все ангелы-хранители сегодня на славу поработали. И у нас. И у них.

Ваша отметка "Нравится" - вдохновляет нас делать еще больше, делать еще лучше!

стрелка